
26 сентября мэтру отечественного театра и кино Олегу Басилашвили исполняется 92 года. Народный артист годом ранее объявил, что больше не сможет сниматься и выходить на сцену. Последней его работой стал спектакль «Лето одного года» в БДТ, в котором напарником Олега Валериановича несколько лет была Алиса Фрейндлих. Но творческие пути легендарных артистов разошлись. Сейчас Басилашвили живет на два дома: в центре Петербурга и на даче в Репино. Любимый тысячами россиян Воланд по-прежнему имеет ясный ум, он острый и прямолинейный в оценках, а также поражает уровнем начитанности, насмотренности и культуры.
Накануне своего дня рождения актер дал большое интервью «КП-Петербург» и затронул глубоко личные темы, в частности, впервые высказался о смерти любимой жены, телеведущей Галины Мшанской.

- Олег Валерианович, вы понимаете, почему сейчас в кино так много сказок?
- Мне кажется, что мы вступаем в какую-то новую эпоху или эру. Многие художники не знают, что можно сказать по поводу сегодняшнего дня. Такое уже бывало раньше, в переломные моменты в жизни государства. Иногда в эти переломы возникали целые когорты великих людей. Вспомним хотя бы российских художников-передвижников или «могучую кучку» композиторов. А иногда время сопровождалось полным безмолвием.
По моему гастрольному опыту, наибольшим спросом у публики всех стран и народов пользуются как раз детские сказки, которые не несут почти ничего, кроме доброй морали и развлечения для младшего поколения. Это и самое прибыльное, что можно придумать.
- Может, это и игра на ностальгии?
- Почти каждый человек, оглядываясь назад, с любовью вспоминает свое прошлое. Когда он был еще маленьким или молодым юношей или девушкой, у него были живы родные. Все жили в мире и согласии. Если случалось плохое, оно отходило на второй план. И создатели ностальгических картин, мне кажется, пытаются воскресить все то, что было прежде.

- В кино начали использовать так называемый ИИ…
- Искусственный интеллект может быть мощнейшим помощником в решении некоторых задач, но таит в себе страшную угрозу для исчезновения человечества. Ибо человеческий интеллект – это его душа, которую вдохнул в человека господь Бог. Такие понятия как совесть, порядочность, честь, любовь, милосердие, сострадание – неизвестны ИИ. Откуда это взялось, не понимал даже философ Эммануил Кант. Мы можем убить комарика, который нас укусил. Но не можем поднять руку на какого-нибудь котенка, который исцарапал нас. ИИ бесчувственен. Он прямо и напролом идет к той цели, которую перед ними поставили. И на этом пути ломается все.
Что касается нашего кинематографа, то я противник того, чтобы «воскрешать» образы наших замечательных, великих артистов (ранее это хотел сделать Константин Эрнст. - Прим.ред.). Такие фильмы напоминают мне покойника, очень хорошо загримированного и похожего на живого человека. Но все-таки это покойник. Потому что в нем нет той самой жизни, которой обладали наши любимые Женька Евстигнеев, Юрий Яковлев, Павел Луспекаев, Олег Борисов, Иннокентий Смоктуновский и прочие другие. Их невозможно заменить цифровой технологией. Если говорить откровенно и честно, это преступление.

- А как вам нынешнее поколение актеров? Юру Борисова недавно номинировали на «Оскар», он снимается в Голливуде.
- Я о нем много слышал и читал. Но видел с ним только один американский фильм – «Анора» (18+). Он мне не запомнился. Не могу даже вспомнить, как именно там играл Борисов. И также с другими современными артистами. Такого рода актеров, как Луспекаев и Смоктуновский, - у нас нет. Не могу похвастаться, что кто-то меня обрадовали в кино. Все молодые среднего поколения артисты играют очень грамотно, органично и естественно, но не более. Открытий я пока не обнаружил ни у одного артиста. Особенно заметно по сериалам: актеры почти не меняются от начала к концу сезона, а ведь что-то в жизни человека должно поменяться, он становится иным под влиянием радостного или трагического события, которое сопутствует его жизни.
- То есть, современные актеры не впечатляют?
- Один раз Бунин спросил в переписке Чехова: «А что такое современный писатель? Хороший что ли?». Чехов ему ответил: «Что написано талантливо, то и современно». Вот и весь ответ. А все остальное от лукавого.

- Западные режиссеры жалуются, что зритель уходит из кинотеатров, смотрит фильмы дома. Эпоха уходит?
- В наше время, без компьютеров и телевизоров, мы ходили в кино. А как мы это делали? Не в одиночку, а целой компаний. Вспоминается дорогая моему сердцу «Баллада о солдате» Григория Чухрая (12+). В конце, когда сын-солдат во время отпуска бежит к матери в село и прощается с ней, мы понимаем, что она больше никогда его не увидит. И весь зал плачет, потому что догадывается о дальнейшей судьбе этого парнишки и его мамы. Это было замечательно. Тогда фильм объединил всех зрителей в кинотеатре. Мы стали частью народа! Чувствовали локоть друг друга. А сейчас почему-то сидим по своим углам и смотрим все в одиночку. Мне милее кинотеатр. Но общая тенденция такова, что мы - миллионы разъединенных единичек. Значит, задача кинематографистов сделать так, чтобы их картины привлекли бы всю массу в залы. Чтобы мы снова объединились, почувствовали, что мы сила, которая может что-то изменить и чему-то порадоваться вместе.

- Что из театрального мира недавно вас поразило?
- Довольно сложно было ходить в театр в последние годы. Понимаете, начался коронавирус. Я дважды болел, лежал в больницах. Но если говорить о БДТ, я смотрел некоторые спектакли талантливейшего режиссера Андрея Могучего. Что-то мне понравилось: «Холопы» (16+), «Три толстяка» (12+), «Материнское сердце» (18+). Кое-что – не очень. Но это - явление в нашей театральной жизни. И на этих постановках были аншлаги, невозможно было достать билеты.
- На ваш спектакль «Лето одного года» (12+) с Алисой Бруновной люди записывались в очередь на покупку билета и ждали месяцы. Вы это знали?
- Не знал. Наверное, тут привлекал и сам сюжет, плюс известные имена. Интересно же посмотреть, как сейчас выглядят Басилашвили и Фрейндлих, а не то что мы как-то гениально там играли. Хотя мне лично доставляло громадное творческое удовлетворение нахождение на сцене именно в этом образе. Мы с Алисой Бруновной играли людей, уходящих из этой жизни, поэтому многое из нашего опыта «уходящих людей» пригодилось нам на сцене.

- Худрук театра Ленсовета Лариса Луппиан сказала, что в этом сезоне вы дадите творческий вечер.
- Да, я с удовольствием приду в ноябре. Это ведь не спектакль. Просто посидеть, поговорить, рассказать – это я с удовольствием. А спектакли играть уже тяжеловато, конечно, тем более новые постановки.
- Олег Валерианович, как вы себя чувствуете?
- Приблизительно так, как должен чувствовать себя человек в 92 года.
- О чем можно мечтать в этом возрасте?
- Лично мне очень хотелось бы прорепетировать что-то с Андреем Могучим. Он резко противоположен тому, к чему мы привыкли у Товстоногова. Но, понимаю, что это вряд ли осуществимо, очень сложно.
Еще я хотел бы посетить Эрмитаж. Старый Зимний дворец. Посетил бы Генштаб, там много интересных импрессионистов, современной живописи. Очень хотел бы зайти в московскую Третьяковскую галерею. Я знаю там каждую паркетину. В свое время, когда учился в художественной школе, мне запомнился даже запах каждого зала старой Третьяковки в Лаврушенском переулке. Хотелось бы просто пообщаться с этим миром, который мне, молодому парнишке, тогда так много дал.

- Как дела у ваших внуков?
- Мариника закончила школу. Она сразу пошла работать в какой-то специальный магазин. Общается с покупателями. И пока ей это доставляет удовольствие, хотя она очень устает от этого. Она неспроста там оказалась. Мечтая о будущей актерской профессии, она решила набраться опыта, посмотреть на типы людей в этой магазинной сутолоке. А сама взялась помогать им справиться в этом хаосе и подобрать необходимую вещь. Ранее она набралась опыта в театре Маяковского, куда ходила на занятия.
- А Тимофей?
- Он учится в школе, занимается футболом. Недавно у них были сборы возле Иссык-Куля в Кыргызстане. Он провел там месяц, бегал, тренировался. Они даже заняли первое место. Посмотрим, что будет дальше. Он хороший парень, только чересчур стеснительный. Но ничего, это пройдет.
- А как у вас с футболом? Вы еще болеете за «Динамо»?
- Да, и желаю им достичь былой славы. Помните, как они приехали в Англию после войны в 1945 году? Над их длинными трусами там все смеялись! И они отлично сыграли, победили всех с общим счетом 19:9. Вставили им перо в одно место. Вот они, англичане, с родины футбола… Когда я жил в Москве, то мальчишкой ходил на все матчи, если находились деньги на билет. Могу даже сейчас перечислить ту великую команду: вратарь Хомич, Семичастный, Радикорский, Петров, Бесков, Блинков, Карцев, Малявкин, Сальников и прочие. Это были мои боги. Я на них молился. Потом я тоже стал играть в футбол. Особенно мне нравился Алексей Хомич, он был крепко сбитый вратарь, невысокого роста. Знаете, подобный хорошей прыгучей обезьянке, который в бросках ловил все мячи. И я стал ему подражать. Это был театр. Я учился у него, как вести себя в воротах. Смотрел за ним, а потом стоял в самодельных дворовых воротах, подражая Хомичу. В этом есть некое театральное обучение. И сейчас мой внук тоже играет в футбол. Может быть, у него есть подобного рода увлечение, как у меня в юности.

- Во многих интервью вы всегда добрым словом отзывались о вашей жене Галине Евгеньевне. Недавно она ушла из жизни. Какой супруга осталась в вашем сердце?
- Очень трудно об этом говорить. Честно говоря, я себя сейчас чувствую совершенно одиноким и потерянным человеком. Если раньше надо мной была, скажем так, материнская рука моей жены, которая, не сильно нажимая, но все-таки руководила моим поведением. Я очень к ней прислушивался, она во многом мне помогала просто своим присутствием. Сейчас этого нет. Галина во много сформировала мой характер. Она подарила мне двух замечательных девчонок, Олю и Ксюшу. У меня есть двое внуков. Я всегда был одет, пригрет, чисто выглажен. Это все благодаря Гале. Но последние месяцы она тяжело болела. По своей глупости я надеялся, что все это пройдет. Что придет врач, сделает ей что-то, и станет легче. Или мы как-то облегчим ей жизнь: не знаю, поставим новую кровать. Но мои надежды и желания не оправдались. Она скончалась. Мне тяжело без нее. Ощущение, что она все время где-то рядом со мной: сидит в другой комнате…
«Комсомольская правда» благодарит Олега Валериановича за возможность проведения интервью и желает артисту богатырского здоровья и еще много насыщенных и счастливых дней в жизни.
- Воланд, «Мастер и Маргарита», 2005 г. (18+);
- Андрей Бузыкин, «Осенний марафон», 1979 (12+);
- Юрий Самохвалов, «Служебный роман», 1977 (6+);
- Семен Кузнецов, отец Кати, «Курьер», 1986 (18+);
- Полковник милиции Владислав Костенко, «Противостояние», 1985 (18+).
Хотите узнавать самые важные новости Петербурга?
Подпишитесь на Telegram-канал «Комсомольская правда: СПб» или «Комсомольская правда: СПб» в мессенджере Max
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Я тоже человек, черт возьми!»: Олег Басилашвили вспомнил трогательный эпизод с репетиции спектакля с Алисой Фрейндлих (подробности)
«Я ее целую, а вокруг 100 мужиков»: Олег Басилашвили вспомнил, как Людмила Гурченко раскрепостила его на съемках «Вокзала для двоих» (подробности)
Редкое интервью Олега Басилашвили - о кино, Фрейндлих и внуках: «Из Аугуста Диля вышел прекрасный Воланд, но я сыграл вернее» (подробности)
Исполнили последнюю просьбу: Олег Басилашвили простился с женой Галиной Мшанской, умершей после болезни (подробности)