Boom metrics
Звезды25 января 2012 22:00

Строгановский дворец открывает тайны истории

В ходе ремонтных работ в подвале здания нашли фрагменты поваренной книги начала двадцатого века
Источник:kp.ru

Находка стала неожиданностью для краеведов. По словам ученых, книга может приоткрыть завесу многих тайн начала двадцатого века. Каких именно - нам рассказал историк, член правления Санкт-Петербургского краеведческого общества Алексей Ерофеев.

Великолепный век

- Род графов Строгановых, пожалуй, один из самых известных в российской истории. Да, Строгановы были политической, культурной и финансовой элитой царской России. Дворец, носящий их имя, в 1753 году построил Франческо Бартоломео Растрелли, придворный архитектор императрицы Елизаветы. Это свидетельствует не только о том, что Строгановы были богатейшими в России людьми, но и подтверждает факт близости основателя дворца - Сергея Григорьевича - к императорскому двору.

Повара графов Строгановых славились особой изысканностью блюд, подаваемых хозяевам и гостям на великосветских приемах. На первый бал, который дали 15 декабря 1753 года, пожаловала сама Елизавета Петровна. Понятно, что угощение было поистине царское!

Судите сами: на стол подавали такие экзотические блюда, как налимьи молоки, лосиные губы, разварные медвежьи лапы. Есть современный анекдот: «Я не люблю кошек. - Вы просто не умеете их готовить». А строгановские повара умели готовить кошек! Причем не домашних, а диких. С раскаленных плит гостям выносили жареную рысь.

Строгановские пиры не уступали античным. Например, такая пикантная деталь. Когда-то на Руси при царских хоромах и дворах были специальные комнаты с бревном. Переевшие гости ложились на него, чтобы опорожнить желудок, а потом снова идти за стол. У Строгановых было нечто подобное. Для досрочного освобождения от излишков пищи специальными перьями щекотали горло.

Бефстроганов - коронное блюдо

- А известное блюдо бефстроганов имеет отношение к роду Строгановых?

- Да, но на свет оно появилось в Одессе. Престарелому графу Александру Сергеевичу Строганову, оставшемуся под конец жизни почти без зубов, повар, француз Андре Дюпон, стал готовить мелконарезанные кусочки мяса. Затем бефстроганов стали подавать и в ресторане дворца в Петербурге. По воспоминаниям современников, во двор к Строгановым, чтобы вкусно поесть, могли зайти далеко не самые состоятельные граждане.

- Действительно? То, что любой мог зайти поесть в графский дворец, не роняло престиж рода?

- Да, во второй половине девятнадцатого века в России появилась прослойка людей, недостаточно знатных, чтобы быть приглашенными на обед к самим графам Строгановым. Но они были наслышаны об изысках строгановской кухни и время от времени могли позволить себе оплатить обед в ресторане дворца.

- А недавняя находка, страницы поваренной книги 1902 года, относится уже к этому периоду?

- Вполне возможно. Владельцем дворца с 1882 по 1918 год был Сергей Александрович Строганов. А сама книга, по всей видимости, принадлежала повару графа - в найденном фрагменте содержатся рецепты нескольких соусов и паштета.

Повар надеялся вернуться

- Почему же ее спрятали во дворце?

- Можно предположить, что перед отъездом из России во время событий 1918 года повар решил припрятать страницы с рецептами соусов и паштета, дабы никто не узнал их секрета. Надо сказать, что приготовление соусов - это особое поварское искусство. Впрочем, как и паштетов. Видимо, повар надеялся, что все в России уляжется, и он вернется, чтобы радовать своим искусством гурманов. Ведь и хозяин дворца до последнего сохранял надежду на то, что большевики пришли ненадолго и, сколько мог, медлил с отъездом, в результате потеряв почти все имущество.

- Алексей Дмитриевич, а что вам, как краеведу, кажется самым интересным в связи с этой находкой?

- Было бы интересно узнать фамилии поваров. Как самого владельца этой книги, так и его коллег. В адресниках того времени есть данные цирюльников, ямщиков, портных. Кулинаров мы, увы, не нашли, хотя это очень любопытно. Если бы удалось узнать фамилии поваров предреволюционной эпохи, эта история получила бы продолжение, и мы могли бы открыть целый пласт петербургской городской культуры начала века.